ЛИТПОЭТОН-КОНКУРС

Литературные конкурсы. Призы, обзоры, комментарии. Сайт альманаха "Гражданинъ"

Обзор конкурса «Обожжённая Zемля» 

О втором конкурсе поэзии и не только

Завершился второй конкурс поэзии на сайте ЛИТОЭТОН-КОНКУРС.

Очевидно, что для конкурсантов его сложность заключалась в тематике. Тема войны – это всегда очень и очень сложная материя. Главная проблема состоит в том, чтобы соблюсти баланс между эмоциями автора и качеством стихотворчества. Чаще всего стихи военной тематики – это своего рода зарифмованная публицистика. И чаще всего именно такая «публицистика» доминирует над поэзией как таковой.

Рассмотрим первые шесть стихотворений по рейтингу.

Лучшее из них – «Украинский разлом», автор Кира.

Это весьма цельные стихи по эмоциям и возникающим из них ассоциациям, которые уводят читателя в глубину военной темы и выводят за её рамки. И доминирует здесь настоящая поэзия, а «публицистика» отходит на второй или даже на третий план.

Сильное по художественности, безупречное в поэтике и яркое по мысли стихотворение с философским подтекстом. 

Второе произведение достойное положительной оценки – «Донбасс. Земля и небо», автор Валентина Паевская. Оценка была снижена за употребление слова «преисподняя» в усечённой форме («преисподня»), которая не употребляется в русском языке. Автору достаточно было в этих стихах просто использовать норму – преисподняя, не обращая внимания на лишний слог в строчке. Или взять это слово в кавычки, намекая тем самым на разговорную речь. И всё!

Сами по себе стихи замечательные. Конечно, здесь много разноцветного пафоса и откровенной публицистики, но ведь и поэзия присутствует в полном объёме!

Стоит отметить неплохое эмоциональное стихотворение «Пора…», автор Артём Цеков. Чувства переполняют автора в ущерб технике стихосложения. Хотя стихи читаются с напряжением, а значит – воздействуют на читателя.

Стихи Татьяны Павловой «Во имя подлинной свободы» – рифмованная передовица из советских газет. Всё правильно написано, а читать скучно.

Стихи Софьи Герман «Не позабыть» можно считать лишь фрагментом размытой акварели. Вроде всё понятно, а в душе ничего не отзывается…

Четвертое место заняли стихи Олега Клочихина «Отцовская порода». К сожалению, стихи по технике стихосложения весьма слабые (рифмы никуда не годятся). Много тривиальных лозунгов, мало оригинальных мыслей.

В чем беда слабых стихотворений?
Их авторы не понимают одной очень важной мысли.
Их критикуют не потому что они НЕ знают нормы и законы стихосложения, НЕ потому что они любители, а не профессионалы, НЕ потому что они пишут от души и сердца… Нет!
Их критикуют потому, что они пишут ПЛОХО!
Коряво, безграмотно, с дурной стилистикой, с бедной лексикой, с плохой рифмовкой, со сбоями в ритме, без художественных приёмов и так далее.
А ведь ПОЭЗИЯ – это сложнейшее ИСКУССТВО, которому надо учиться многие и многие годы…

Прочитав стихи конкурсантов, я задумался о правде в жизни и правде в литературе.

Начнем сразу с главного – правды как таковой в природе вообще нет! И в жизни нет правды, и в литературе нет правды. Чтобы это понять, надо пристально вглядеться в суть вещей и обратиться к примерам. В жизни у каждого человека своя правда.

Давайте зададим следующий вопрос разным людям:

– Эпоха СССР, смутные времена Горбачева и Ельцина, нынешнее время – как вы оцениваете эти периоды нашей страны?

И мы никогда не услышим одинаковых ответов, то есть мы не услышим одинаковой правды. У каждого будет своя правда.

Или такой пример – разводятся мужчина и женщина.

Мужчина говорит, что во всем виновата жена, потому что…

Женщина говорит, что во всем виноват муж, потому что…

Ну, и на чьей стороне правда?

А вот что касается литературы…

Если даже взять публицистику, то об одном и том же событии или явлении один журналист напишет свою правду, другой – свою.

Или вот пример.

Солженицын написал «Архипелаг Гулаг».

Это правда или нет?

И вроде бы документальная вещь, то есть не художественная…

Так правда это или нет?

А вот как раз нет, ибо в архивах открываются документы, в которых совсем иная правда.

Но и эти документы тоже не могут быть правдой, потому что в жизни всё было иначе и сложнее…

А уж художественная литература – это изначально художественный вымысел.

К примеру, в прозе возможно использование фактов, но если в прозе нет художественности (художественных приемов и методов), то это уже не литература, а документалистика, которая опять же имеет какую-то свою правду. И эта правда у другого документалиста будет иной…

А если в прозе есть художественность, то правды уже нет, потому что для одного читателя в эмоционально-смысловой природе это правда, а для другого – нет.

Вот написал автор, как женщина страдала от любви.

Но с позиции художественности написал так, что одни читателя поверили: да, страдала.

А другие не поверили: нет, не страдала. И где же правда? Её нет!

Или взять поэзию.

Она вообще далека от правды, потому что помимо всего прочего обременена ритмом и рифмой, которые не помогают автору в достижении правды, а уводят в сторону от неё.

Возьмем совсем нейтральные стихи – о природе.

Поэт описал солнечный день в красках (эпитеты, сравнения, метафоры).

Для него это правда.

А для читателя – нет, потому что читатель видел другой солнечный день и видел его в других красках…

Или возьмем такой пример.

Поэт написал стихи на военную тему. Всё взял из реальной жизни. Но ритм стихов (к примеру, трёхстопный хорей) слишком игрив и легок, что не соответствует драматическим событиям. И в момент чтения таких стихов правда начинает быстро испаряться…

Бывает так, что ритм стихов заставляет поэта вставлять в текст дополнительные слова и фразы (чтобы не нарушать этот ритм), а это уже отход от правды, потому что появляется нечто лишнее…

Или рифма, под которую надо строить строчки.

Для правды нужно бы вставить одно единственное точное слово, но под рифму не получается. Приходится вставлять менее точное или даже совсем другое слово, но зато хорошо рифмующееся…

И правды больше нет!

Может ли поэт в своем произведении сказать правду?

Нет, это невозможно! Суть поэта не в том, чтобы говорить правду, а в том, чтобы просто показывать жизнь так, как он её видит. Для чего? Для того, чтобы читающая публика могла насладиться художественным вымыслом и найти в нём свою правду!

Леонид Кутырёв-Трапезников
Шеф-редактор альманаха “ГРАЖДАНИНЪ”

ПРО ДЕЖАВЮ, КРАСОТУ И ЦЕЛЬНОСТЬ, И НЕ ТОЛЬКО

 Обзор от главного редактора сайта ЛИТПОЭТОН-КОНКУРС

Дорогие друзья, прежде всего спасибо за участие, за ваши неравнодушные сердца, патриотизм, знание и понимание российской истории, вашу гражданскую позицию и гражданское мужество! Сказать, что работы, присланные на конкурс, порадовали – значит ничего не сказать. Действительно порадовали, заставили встряхнуться, по-новому взглянуть на знакомые символы и образы, а некоторые стихи так просто восхитили, оставили след в душе, отозвались горячей волной сопереживания и – не без этого! – сердечной боли. Ибо тема такова, что звучит и горчит сегодня и остро, и неотступно в каждом из нас. И если получается облечь чувства в настоящее, без выпендрёжа и банальностей, слово – это счастье.

На мой взгляд, к этому конкурсу родилось немало подлинных строк, стихов высокой пробы, чистейшей гражданской лирики. Задана высокая планка, засияли поэтические звёздочки, появились имена-открытия. Мнения членов жюри разделились, но не кардинально и не принципиально. Дело в том, что у призёров получился совсем небольшой отрыв друг от друга по количеству набранных баллов, и здесь уже проявилась разница не столько в уровне их произведений, сколько в восприятии самих судей, в их вкусах и литературных предпочтениях. Поэтому смело можно сказать, что примерно пятнадцать первых номеров в таблице баллов – это стихи, близкие как по уровню версификации, так и по решению художественных задач, то есть зрелая, качественная гражданская лирика. А это хороший, просто великолепный результат!

На что я прежде всего обращала внимание при выставлении оценок? В первую очередь, конечно, на техническую сторону каждого произведения – то есть на уровень стихосложения (размер, рифмы, работа со строфикой, лексический багаж автора, звукопись, согласование, способность к созданию метафоры, композиция, графика и архитектура текста, сюжетная линия, общая компоновка, совокупность и соразмерность частей). Если с этим набором необходимых составляющих у автора полный порядок, тогда уже смотрела дальше: стиль, авторская интонация, удачное/неудачное использование ключевых слов, раскрытие темы, эмоциональная наполненность, смысловая и нравственная компонента, плотность строки, свежесть и новизна образов, оригинальность сюжетных ходов, в конце концов, – красота и цельность всего замысла. Безусловно, есть и ещё нечто, чего никак нельзя сбрасывать со счетов при оценке поэтического произведения – его воздействие на душу и сознание, та самая «химия», которая или есть или её нет, а ещё магия, то особое метафизическое поле вокруг произведения, без которого стихи остаются сухим текстом, просто словами, набором рифм и фраз. Важен и подтекст, некие вторые смыслы, или подсмыслы, усиливающие стихотворение, углубляющие мысль и создающие резонирующие семантические волны – то, что мы часто определяем как написанное «между строк».

Начну с тех произведений, которые, на мой взгляд, получились менее удачно, имеют ряд недочётов. Есть какой-то определённый набор повторяющихся ошибок и слабых мест – сразу у нескольких авторов, – над которыми в принципе можно было бы поработать, чтобы довести стихи до более высокого уровня. Поэтому и хочу обратить внимание конкурсантов на эти моменты в надежде на их творческий рост в будущем.

Прежде всего, очень портит любое стихотворение, даже самое хорошее, неудачное согласование, к которому можно причислить и слишком вольную, искажающую смысл инверсию, и несовпадение в падежах, и тяжёлые причастно-деепричастные обороты, и т.д.

Вот, например, такая строка в работе Марины Кравец – в целом хорошее, интересное стихотворение, но есть какие-то провалы в форме: «воронки юной зарастут травой». С первого прочтения смысл строки не поддаётся, потому что инверсия (перестановка слов, нарушение их порядка) мешает понять, к чему относится прилагательное «юной»: к траве или воронкам? Сначала кажется, что речь идёт о какой-то юной воронке, приходится перечитывать, и только тогда понимаешь, что предложение неловко составлено. Сделай автор так: «воронки зарастут опять травой» или, может быть, «воронки вспыхнут молодой травой» – и всё тут же встало бы на места! Да, подбирать эпитеты, подходящие по контексту и в нужном размере, порой нелегко, существует соблазн схватить первый же подвернувшийся, но вот выиграет ли от этого стихотворение – вопрос. Тут нужно стараться идти за смыслом, за своими ощущениями, за внутренней надобой самого стиха, и иногда приходится попотеть и даже проявить изобретательность, чтобы найти желаемое. Помните – у Маяковского: «Изводишь единого слова ради / Тысячи тонн словесной руды»? Вот именно так. Кстати, и следующая строка тоже не очень ладно звучит: «вновь реки потекут водой живой». Удачнее было бы сказать, что в реках потечёт вода, а не реки потекут водой, но автор, похоже, не справился с размером. Хотя, повторюсь, стихотворение интересное и его можно доработать. Например, сделать так: «вновь реки потекут с живой водой» – уже звучит грамотнее, и размер, что немаловажно, не нарушается.

Столь же корявенько звучит и инверсия в стихотворении Олега Горина «Я верю!»:

Тёмный след обугленного века
Исчезает на времён песке.

Вот это невнятное «исчезает на времён песке» вместо «исчезает на песке времён» ничем другим не обусловлено, кроме как невозможностью попасть в нужный размер. Каких-либо иных причин, связанных с использованием инверсии в качестве одного из выразительных средств стихотворения, здесь явно нет, к сожалению. Хотя стихотворение неординарное, лексически богатое и в принципе производит самое хорошее впечатление.

Первая строчка в стихотворении Надежды Мохиной «Спасти родную речь» тоже не воспринимается с первого раза: «Эпохи этой кадры знаковы». Можно понять так, что слово «знаковы» сочетается с эпохами, а слово «этой» относится к слову «кадры». Выходит, что эпохи какой-то «этой кадры» знаковы. Что за такая загадочная «эта кадра», чьи эпохи знаковы?! Вот такой смысловой абсурд в самом начале текста! А всё из-за неудачной инверсии, хотя стихотворение в целом действительно хорошее.

Или вот ещё неловкая инверсия – в «Молитве» Веры Коваль:

Туда пошли святое слово,
Пылает где войны огонь.

Вот это «туда, пылает где» звучит не ахти, и всякий читатель непременно споткнётся, а затем ему придётся возвращаться, додумывать и мысленно дописывать за автора не получившееся. А можно ведь заменить слова, попробовать развернуть смысл, найти синонимичную метафору вместо шаблонного «пылает» – например:

Туда пошли святое слово,
Где сеет смерть войны огонь

или:

Пошли своё святое слово
Туда, где взмыл войны огонь.

То есть здесь вполне возможна осмысленная доработка – и, глядишь, стихотворение выправится, посвежеет, расправит крылья. Но, кстати, в этом же стихотворении есть и ещё одна загвоздка, не менее, а то и более серьёзная, чем неточное согласование – это отсутствие развития, неяркая, стёртая концовка, что влечёт за собой обманутые читательские ожидания. Выходит, что с чего стих начался, тем он и завершился, молитва не получила поэтического осмысления и преобразования, вылилась в топтание на одном месте. Никакого эмоционального крещендо, никаких неожиданных ракурсов – уже с первой строфы абсолютно понятна авторская мысль, и совершенно при таком раскладе незачем писать ещё шесть подобных с перечислением того, что всем и так известно. На развитие текста и общую концепцию тоже необходимо обращать внимание авторам, потому что если во второй строфе читатель заскучает, его не заставишь дочитать до конца, тем более что в конце не сообщается ровным счётом ничего нового. Ну, собрал читатель волю в кулак, дошёл до финала – а толку-то? Там то же, что и в начале – «Даруй, Господь, здоровье… Пошли, Боже, благодать». В принципе, можно было всё это и в две строфы уложить с тем же невысоким результатом.

Слабая концовка – беда и некоторых других стихотворений, поданных на конкурс. Например, у Владислава Терентьева при общем интенсивном развитии сюжета в конце ощущается некая недоговорённость, словно автор не нашёл, чем завершить мысль – и пришлось повторять первую строку, чтобы как-то поставить точку. Помимо этого здесь не вполне удачно звучит просторечное «треба» в значении «потребность». Если же автор употребил слово в церковном значении, то это опять-таки неточно, поскольку треба – это не молитва, а именно обряд. Славянизмы «гжель небесна», «глас», «ярило», «лиходеи» указывают на попытку авторской стилизации под фольклор, но при этом текст достаточно тяжёло проговаривается из-за большого количества коротких слов («С вороньим граем стая цвета пепла»; «Кресты церквей вонзались в гжель небесну…»; «Но Божий глас от лютой бойни скрыт» и т.д.) и жёсткого бессоюзного согласования, что не свойственно русской народной речи. Что я имею в виду под жёстким согласованием? Ну вот строфа, к примеру:

И колокольни плакали навзрыд,
Кресты церквей вонзались в гжель небесну…
Но Божий глас от лютой бойни скрыт,
Народные прошенья бесполезны.

Здесь явно просится более плавная словесная конструкция: «и колокольни плакали навзрыд», и «кресты церквей вонзались в гжель небесну…» Дальше – то же самое, не хватает пояснительной связки «а потому»: «но Божий глас от лютой бойни скрыт», а потому «народные прошенья бесполезны». И ещё в том же ключе: «Народ иссяк. Он слёзы лить устал», а «Тела героев породнились с цинком». Вместо «а» здесь возможно «к тому же» или «и» – смотря какой смысловой оттенок хочет придать автор этой фразе. Важно помнить: сухие бессоюзные связки плохо сказываются на общем звучании стихотворения, на его фонетическом прочтении.

А вот из удачных концовок – последняя строфа в стихотворении Олега Горина «Я верю!», где повторение как раз является художественной задумкой, через развитие и детализацию работая на усиление выразительного эффекта. Кстати, произведение выиграло бы намного больше, если бы автор не сплагиатил у Ярослава Смелякова строку «не сочтите, что это в бреду» (уж не знаю, намеренно или нет) из его хрестоматийного стихотворения. Такие вещи, конечно, допустимы, но должны быть чем-то обусловлены, как-то проясняться контекстом или же оправдываться эпиграфом из упомянутого произведения. Иначе это выглядит как невежество либо, что не лучше, – как авторская дерзость, неуважение к классику.

Интересный, нестандартный финал и в стихотворении Анатолия Болгова «Вставай, затаённая русская рать!» Да и всё стихотворение – энергичное, наполненное силой веры в победу России, динамичное, с нестандартными ассонансными рифмами. Однако его портят смещённые в нескольких местах ударения в словах «Славянск» и «остов» (читаются как Сла́вянск и осто́в), что делает текст слегка неряшливым. Такие вещи тоже авторам лучше отслеживать. Ударение в стихах, конечно, иногда можно сдвигать, но это не должно отражаться на общем звучании и не должно быть навязчивым приёмом, иначе возникает подозрение, что автор элементарно не вписался в размер.

Такая же неудачная игра с ударениями и у Анатолия Павловского, хотя в целом его стихотворение «Время восстало» глубоко цепляет и производит самое благоприятное впечатление. Но концевые «на́долго» и «ко́нях» снижают общий художественный уровень и непоправимо разрушают гармонию стиха. Впрочем, за рамками конкурса очень даже поправимо – и автору стоит подумать над доработкой текста.

Один из камней преткновения, снижающих уровень стихов, – технические огрехи: слабые рифмы, сбитый ритм, расшатывание размера.

Вот только некоторые рифмы, которые, если честно,  рифмами назвать довольно-таки трудно: «металл – танк», «лет – семье», «шанс – вас» (Марина Сахарнова «А ты знал, что горит металл?»); «груди – вопреки» (Тамара Потёмкина «Воздастся»); «убиенных – оголтелых», «крыло – потом» (Вера Коваль «Молитва»); «порабощён – сметён», «огне – нет» (Иван Онюшкин «Будущее»); «стаю – остаться», «реку – время» (Олег Клочихин «Отцовская порода») – и т.д.

Кстати, у Олега Клочихина – достаточно сильное и яркое стихотворение, но размагниченность рифм ослабляет общую динамику текста и снижает воздействие на читательское восприятие. Остаётся ощущение поспешности, недоработки, что в серьёзной творческой работе недопустимо. А в очень неплохом стихотворении Ивана Онюшкина «Будущее» используется неловкая форма деепричастия «взлетя», причём сразу же после «утоля», что, безусловно, не обогащает стихотворную палитру. Лучше пользоваться иными формами – «взлетая» или «взлетев», они гораздо благозвучнее.

Что касается ритмических нарушений, то этот недостаток более всего заметен в стихотворении Людмилы Осиповой «Победит любовь». Практически у неё нет ни одной ровной, подогнанной под взятый размер строфы – кроме, пожалуй, третьей, которую и возьмём за образец. Выходит, что у автора изначально был задуман вполне стандартный пятистопный ямб, но размер практически нигде не выдерживается, хаотически варьируясь от четырёхстопного до шестистопного ямба. Также не добавляют тексту стройности внутристопные смещения ударений – например, вот такой спондей: «Та́м в о́гненно-смертельной круговерти» или «Дру́г, сти́сни зубы и слезу утри…», или вот такой вариант сбоя – смещение ударного слога на безударный: «Только в познанье Истины – свобода», что читается как «Только́ в познанье Истины – свобода». Хотя мне лично здесь очень нравится строчка «Зло зла не истребит, добро победоносно!» – это великолепный плакат, призыв сегодняшнего времени, хоть баннер на всех улицах вывешивай. Настоящий афоризм!

Ещё одна заметная проблема некоторых произведений конкурса – отсутствие движения, когда авторами в качестве основного приёма используется эдакий назывной нарратив. То есть вроде и сюжет есть, и композиция, но уж слишком всё статично, без эмоций – одна констатация фактов. Такие стихи словно лишены своей сакральной силы, на поверхности остаются только слова, только схоластическое перечисление – без внутренней боли, без работы души.

К этому ряду можно отнести уже упоминаемое мной стихотворение Равиля Валеева «Не покорился регион угля и стали» – в силу своей изначальной заданности оно сжато рамками технических ограничений и остаётся в этом прокрустовом ложе авторских задач словно не родившийся эмбрион. А жаль, текст мог бы получиться живым, дай автор себе больше свободы.

В таком же эмоциональном застое оказалось и стихотворение Веры Коваль «Молитва», о котором я уже тоже подробно писала. Показательна в этом смысле одна из строф, где, как и во всём произведении, нет должного развития, а только механический перечень фактов:

Где каждый день гремят разрывы,
Людей кромсает злой металл,
В подвалах жмутся те, кто живы,
Погостом двор любимый стал.

Тут можно было бы или сократить текст, или придать ему какую-то центробежную силу, заставить его изменить направление, чтобы удивить читателя концовкой или неожиданным сюжетным ходом – но этого не случилось. Однако автор вполне ещё может спасти своё детище, стоит только захотеть.

Грешит статичностью и общей предсказуемостью сюжета и стихотворение Людмилы Мехед «Господь, не откажи!» Очень хороший по замыслу текст, но слабоват получился по исполнению: не приносит читателю новых эмоций, не передаёт авторской индивидуальности и словно топчется на месте в эмоциональном смысле – никакого развития от начала к концу. И здесь тоже, между прочим, автора подвела неуклюжая инверсия – и не одного слова, а целой строки:

…Смотрю на небосвод
И в синеватой дымке
На звёздный хоровод.

Строчка «На звёздный хоровод» появляется как чёртик из табакерки, так как вводная «в синеватой дымке» напрочь разрушает согласование. К тому же сюда вкралась ещё одна неудачная строка – «Я знаю, будет зрелость». Что автор имеет в виду, чью зрелость и по какому поводу, остаётся загадкой. Возможно, не отыскалось другой рифмы к слову «оделась», но зрелость здесь семантически совершенно мимо контекста.

Есть и ещё один момент, снижающий планку практически любого стихотворения, – его шаблонность, а то и вторичность. Вот, например, часть стихотворения Веры Коваль «Молитва»:

И чтобы мирным было небо,
Свободным стал родной язык,
Чтоб вдоволь – и воды, и хлеба,
Чтоб солнца луч в сердца проник.

Прошу не так уж очень много:
Жить, просто воздухом дышать,
Чтоб мирною была дорога,
Пошли им, Боже, благодать.

Кстати, крайне неудачно составлена строчка «прошу не так уж очень много»: лучше оставить что-то одно – либо «прошу не так уж много», либо «прошу не очень много».

Или вот такой призыв в стихотворении Надежды Мохиной «Спасти родную речь»:

И в этом страшном, грозном времени
Так важно помнить и беречь
Всё то, что прадедами вверено:
Свободу и родную речь!

Всё вроде правильно и даже хорошо написано, но до боли знакомо, словно всё это где-то было уже неоднократно слышано и говорено. Читаешь такой текст – и возникает стойкое ощущение дежавю.

Пожалуй, к поэтическим изъянам можно отнести и некоторые авторские лексические вольности и чуждые общей тональности текста стилистические примеси: иностранные слова, сниженная просторечная лексика или канцеляризмы, утяжеляющие восприятие стихотворения, смазывающие цельность общей картины. Лексическое единство – немаловажное условие для создания крепкого, качественного стихотворения! Об этом я уже частично говорила выше, но можно сюда добавить ещё вот такой момент – из стихотворения Марины Кравец «Zаклинание»:

В огромной чаше плавится металл,
весь мир – огонь, начало всех начал.
Горсть лигатуры тайной – сердца жар –
бросаю, ослеплён, в кипящий вар.

Автор совершенно напрасно использует здесь труднодоступное среднему читателю слово «лигатура», которое, к сожалению, не рождает образа, не работает как эпитет, оставаясь торчать в тексте, словно заноза в пальце. Весьма специфическое словечко, к тому же имеет двойное значение. Лигатура – это и «изображение одним письменным знаком двух и более букв», и «примесь меди или олова к золоту, серебру для придания им большей твёрдости». В какой именно коннотации автор видит это слово в своём стихотворении, нужно догадаться, а для понимания смысла придётся лезть в словарь, что разрушает обаяние поэтического текста напрочь. К тому же словосочетание «горсть лигатуры», увы, из разряда практически непроизносимых. Желательно всё же обходиться теми словами из огромного богатейшего резерва русского языка, которые несут в себе образную окраску, обогащая и украшая, а не выхолащивая стихотворение. Использование сторонней лексики должно быть стопроцентно продуманным и непременно нести в себе какие-то определённые художественные задачи, а иначе стихотворение может здорово проиграть.

Это что касается явных минусов. А теперь очень хочется отметить несомненные удачи конкурса. Особенно выделила для себя те стихи, которые поданы авторами в оригинальном ракурсе, где тема раскрыта опосредованно, не впрямую. Такие решения всегда позволяют тексту подняться над общим уровнем, стать чем-то большим, нежели конкурсный проект. К таким вещам, безусловно, относится стих-победитель «Не позабыть» Софьи Герман, получивший заслуженное третье место. А ещё в том же русле сработано стихотворение Олега Клочихина «Отцовская порода». Лаконичность изложения, умение автора посмотреть на проблему изнутри, поставить себя на место героя делают стихотворение запоминающимся, правдивым и эмоционально сильным.

Нельзя не отметить замечательный «Мариуполь» Лидии Вдовченко – автору очень метафорично и мастерски удалось в небольшое стихотворение вместить целую историю непокорённого города со всеми ужасами и болью, силой и гордостью. Звучный, плотный и масштабный стих, настоящий памятник в слове городу-герою Мариуполю.

С большой внутренней силой, выпукло и ярко написано стихотворение «Украинский разлом» – автор его, Кира, потрясающе ёмко и мощно, гневной короткой строкой, передаёт ощущение от происходящего на Украине, от всего нашего страшного, лживого и беспощадного времени. Здесь каждая строка – как удар плетью, бьёт точно и наотмашь, а голос поэта, обличающего нацизм, наливается негодованием и яростью.

Строгое, внутренне выверенное стихотворение Валентины Паевской «Донбасс. Земля и небо» заставляет ещё раз взглянуть на историю Донбасса, вселяя веру и надежду в читательские сердца. Текст, к сожалению, несколько перегружен эффектными образами, достаточно абстрактными, из-за чего он слегка вязнет и пробуксовывает, но тем не менее благодаря теме и сюжету производит сильное впечатление.

Высокое звучание приобретает тема единомыслия и национальной идентичности в крайне выразительном стихотворении Татьяны Фоминовой «Свои». Безо всякого надуманного пафоса, по-женски мягко и мудро автор выводит центральную метафору перелётных птиц, которые всегда возвращаются на Родину. Слова «Чьи мы, чьи мы? Свои мы, свои!..» становятся словно опознавательным знаком для всех, чувствующих родство по зову крови, для всех, кому дорога родная земля. Стихотворение способно объединять людей, в чём я вижу его особое значение в дне сегодняшнем.

Большое развёрнутое панорамное полотно представляет собой стихотворение Светланы Разумовой «И шла война…» Отточенная форма, сложная образность, нестандартные чеканные шестистишия – всё это призвано остановить читательский взгляд, привлечь его внимание к теме противостояния насилию, противостояния самой сущности войны, подло разрушающей города и людские судьбы на многие десятилетия вперёд.

Хорошо прозвучало стихотворение Марины Ермаковой «В который раз» – полнокровно раскрыта тема, поэтессе даже удалось органично внедрить в тескт название самого конкурса, что похвально и что, конечно, добавило автору сложностей при написании конкурсного стихотворения. Ослабили текст предсказуемый финал и слишком понятные, ожидаемые ходы и перечисления. Внести бы какую-то яркую нотку, изюминку, найти оригинальный сюжетный поворот – и стихотворение заиграло бы новыми красками.

Очень живой, органичный текст Ульяны Опалевой «Это мы, Господи!» вызывает самые горячие чувства и эмоциональную отдачу. Укороченная четвёртая строка всякий раз словно подбивает какую-то важную черту под сказанным, многократно усиливая энергию поэтического посыла. А последняя строфа как раз являет собой пример точной и колоритной концовки, после которой больше никакие слова не нужны – остаётся только вдох и послевкусие. Достойная работа!

Также интересное решение представил Равиль Валеев в своём стихотворении «Не покорился регион угля и стали» – он применил приём монорифмы, что, безусловно, выделяет эти стихи из числа остальных. Однако тем самым автор ограничил себя в выборе слов и добавил сам себе дополнительную задачу к уже существующей в виде обязательных ключевых слов. Из-за этого стихотворение получилось слишком искусственным, идущим от головы, лишённым свободного дыхания.

Стихи победителей не обсуждаю, они на сегодня – вне конкуренции! Всех призёров с удовольствием поздравляю, а остальным желаю свежих и ярких строк, безотказного вдохновения и, конечно, побед в наших новых конкурсах!

Ваша Валерия Салтанова

ТАКИЕ РАЗНЫЕ ПРИЗЁРЫ…

 

Все публикации конкурса «Обожжённая Zемля» проникнуты глубокой любовью к родной земле, ощущением кровной связи своей личной судьбы с судьбой большой и малой родины. По содержанию все стихи заслуживают самой высокой оценки. Сравнение можно было осуществлять только в области формы и техники стихосложения, метафор, нешаблонных сравнений, точности рифм и т.п.

Всем авторам большое спасибо за стихи и дальнейшей творческой реализации! Ваши стихи – в заветах русской поэзии – «к штыку приравняли перо». Так держать!

 

Стихотворение, занявшее первое место, достойно победы и по силе звучания, и по форме, которая строго выдержана – от строфы к строфе. В нём, правда, используется лексика, стилистически не характерная поэтическому дискурсу как художественной речи, но сила звучания оправдывает присутствие этой лексики в тексте, который может служить боевым оружием солдата, защищающего свою землю.

Могу отметить хорошие (точные) рифмы в стихотворении, занявшем второе место. Пожалуй, из трёх призовых стихотворений оно самое строгое в отношении рифмы.

«Бронзовый» призёр в этом отношении выбирает ассонансы, уходя от строгих рифм. Например: «с усмешкой – смерти», «мудрой – хмурость», «голос – осколок».

Можно трактовать это как авторское намерение, авторский приём, обусловленный содержательной стороной стихотворения, которое тяготеет к прозаическому рассказу.

 

То есть все три призовые стихотворения разные несмотря на общность заданной тематики. Проявилась индивидуальность авторов, а также определённость их гражданской позиции.

 

Поздравляю призёров и всех участников! Среди непобедивших стихотворений тоже были очень достойные произведения («Свои» и др.), поэтому желаю всем продолжения творчества и литературных и жизненных побед!

 

И всем нам – общей победы!

 

Светлана КОШАРНАЯ
доктор филологических наук,
профессор НИУ «БелГУ»,
г. Белгород

ИТОГИ. РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

Наверное, это естественно, что по итогам работы в жюри того или иного поэтического конкурса у каждого участника судейства появляется потребность поделиться своими соображениями о работах, которые он оценивал, о каких-то общих и частных наблюдениях, возникших в процессе знакомства с творчеством конкурсантов. Я не являюсь исключением и потому готова поделиться некоторыми мыслями, которые, возможно, будут интересны участникам конкурса «Обожжённая земля», а может быть, и его организаторам.

Начиная с приятного, хотелось бы отметить искренность каждого участника в выражении своего отношения к проблеме, заявленной темой конкурса. На мой взгляд, не было ни одного стихотворения, в котором автор подошёл бы к раскрытию волнующей всех теме формально, без обнажения души и нерва. И в этом смысле дифференцирование стихов было непростой задачей.

Однако нельзя ни на минуту забывать, что конкурс ПОЭТИЧЕСКИЙ, а стало быть, основной критерий оценивания – поэтическое мастерство конкурсантов. И как бы ни злободневно звучали стихи в рамках заявленной темы, совсем недостаточно просто зарифмовать, хоть и болевые, но так часто звучащие сегодня мысли, фразы, тезисы. Кстати, о «зарифмовать» – вот к рифме-то некоторые наши поэты проявили полнейшее неуважение. Советую всем конкурсантам внимательно изучить присланные ими стихи на предмет такой важнейшей составляющей поэтики, как рифма! Не знаю, как другие судьи, но я за небрежное отношение к рифме, да ещё проявляемое с завидным постоянством, планку оценки понижала.

Продолжая говорить о критерии оценивания поэтического мастерства и в связи с этим о моих ожиданиях при знакомстве с конкурсными стихами, замечу, что мне всегда хочется встретить стихотворение, способное «удивить» оригинальностью поэтического осмысления даже самой банальной темы. Тема настоящего конкурса хорошо «освоена» в отечественной литературе, и именно поэтому было ценно обнаружить среди конкурсных стихов такие, которые удивили меня – в первую очередь, как читателя – неожиданностью подачи материала, умением философски обобщить драму военного противостояния и его влияния на людей. Свои высокие баллы я отдала таким работам.

Не могу не отметить, что задача поэтов-участников в раскрытие своего потенциала усложнялась ещё и необходимостью использовать в стихах три заданных слова. Кто-то может считать это условие фактором, сужающим творческую активность (свободу) поэта. Я же полностью солидарна с устроителями конкурса, избравшими такое маленькое якобы «сдерживание» для поэтов. Напротив – этот приём позволяет проявить гибкость поэтического самовыражения. На мой взгляд, все конкурсанты в той или иной степени продемонстрировали такую гибкость, сумев органично вплести три заданных слова в поэтическую канву своего видения «Обожжённой земли».

Хочу пожелать победителям и всем участникам конкурса дальнейших творческих удач и не уставать учиться и совершенствовать своё мастерство. Особое спасибо организаторам конкурса за интересную тему и комфортные условия работы жюри!

 

Татьяна РЫЖОВА,

член Союза писателей России,

кандидат филологических наук,

г. Псков

Уважаемые авторы, рады вас приветствовать на нашем тематическом конкурсе, посвящённом жанру патриотической поэзии!

Безусловно, данное задание было непростым, поэтому честь и хвала всем рискнувшим попробовать свои силы на ниве гражданской лирики. Это совсем не так легко – написать что-то не шаблонное, обойтись без надоевших штампов, которыми пестрит гражданская лирика средней руки и которые уже перестали волновать душу и затрагивать чувства из-за слишком частой своей повторяемости, и в то же время создать нечто живое, пропустить тему через своё сердце, прочувствовать описываемые события в полной мере. Все, кто отважился попробовать себя в этом органичном сегодняшнему времени жанре, большие молодцы! Более того, надеемся, что многие стихи, написанные именно благодаря этому конкурсному заданию, войдут впоследствии в ваши творческие копилки, станут частью вашего творческого пути, которой можно будет по-настоящему гордиться.

Тем не менее часть поданных на конкурс произведений была отклонена от участия в конкурсе по самым разным причинам. Впрочем, причины эти вполне конкретные, понятные и, к сожалению, повторяющиеся. Давайте же в этом разберёмся – что именно не позволяет некоторым вашим произведениям попасть в список участников поэтического состязания:

  1. Игнорирование ключевых слов, из-за чего поданное вами стихотворение теряет свою конкурентоспособность. Просьба ко всем авторам при оформлении заявки быть внимательнее и дочитывать правила конкурса до конца: не только его название, но и обязательное условие – использование в тексте стихотворения ключевых слов. Стихи, в которых частично или полностью отсутствуют ключевые слова, на тематический конкурс не принимаются. То есть если у вас в тексте используется слово «огонь», а слов «металл» и «свобода» нет, то условия конкурса не могут считаться выполненными. Хочется, чтобы конкурсанты более тщательно читали задание, потому что среди заявок были стихи хорошего уровня по заданной теме, однако без ключевых слов, и действительно жаль, что они не участвуют в соревновании.
  2. Низкая грамотность. Дорогие литераторы, уважайте русский язык и конкурсную команду! Если чувствуете за собой такой недостаток, как неважнецкое владение орфографией и пунктуацией, пожалуйста, отдавайте своё стихотворение заблаговременно, до подачи на конкурс, на вычитку редактору или корректору. Следите также за графическим оформлением текста – здесь имеется в виду правильная строфика стихов, расстановка прописных и строчных букв и так далее. Все этим моменты – часть общего уровня вашей заявки, и это существенно влияет на исход конкурса для вас. Неграмотные или небрежно оформленные тексты будут безоговорочно сниматься с конкурса без права пройти во второй этап.
  3. Вариативность. Уважаемые авторы, совершенно очевидно, что творческие люди импульсивны, но всё-таки желательно выждать какое-то время после написания стихотворения, перечитать его внимательно, поправить, выбрать лучший вариант и только после этого подавать заявку на конкурс. Модераторы уже не в первый раз делают выбор за вас, но в последующих конкурсах стихи, поданные в разных вариантах, будут сниматься с участия.
  4. Излишний объём. В правилах конкурса есть установленные рамки количества строк стихотворения, за которые лучше не выходить. От 12 до 40 строк – это максимально приемлемый и соразмерный формат поэтического высказывания. Излишнее многословие не приветствуется – это усложняет работу модераторов и жюри и, главное, не лучшем образом сказывается на качестве самого произведения. Всегда лучше отжать лишнюю воду и оставить суть. Не стоит забывать, что краткость по-прежнему – сестра таланта.
  5. Общий слабый уровень стихосложения. Это ещё одна немаловажная причина, по которой стихи сходят с дистанции. Хотя это тематический конкурс и написанные на заданную тему стихи не обязательно должны получиться шедеврами, всё-таки желательно, чтобы они соответствовали определённому художественному уровню и нормам стихосложения. Поясним на примерах. Вот начало одного из поданных стихотворений:

Свободный плещется рассвет,
Над нашей родиной вовек.
Стальные парни у неё,
Не обидят не кого.

Это только одно четверостишие, но в нём, увы, не менее десятка разнокалиберных и разножанровых ошибок и недочётов. Во-первых, сразу несколько орфографических погрешностей: две лишние запятые после слов «рассвет» и «у неё», а ещё слово «не кого» пишется слитно и через «и» – вот так: «никого». Во-вторых: как можно плескаться вовек? Вовек – это навсегда, то есть во веки веков, или же наоборот – никогда, а это совсем не подходит по смыслу. Здесь уместнее было бы сказать «вечно» или «всегда». В-третьих, трудно догадаться, у кого это «у неё» стальные парни. Это у родины стальные парни? Очень отдалённое и нечёткое согласование. В-четвёртых, в последней строчке необоснованно сбит размер – вместо четырёхстопного ямба вдруг возникает неожиданный четырёхстопный хорей, что ломает общее звучание и уродует строфу. Ну и, в-пятых, здесь очень хилые рифмовки: «рассвет – вовек» и «у неё – никого» – это вообще не рифмы, а нечто более приближённое к белому стиху. Стоит ли читать стихотворение такого уровня дальше? Тем более что следом опять идут рифмы-нерифмы «задрожат – демократ», «отрубим – научим» и «мы – страшны». Так что к сожалению для автора и к счастью для нашей площадки стихи подобного рода в конкурсную программу не включаются.

  1. Дубли. И, пожалуйста, будьте внимательнее при публикации конкурсного произведения, не дублируйте заявку! Этим вы затрудняете процесс модерации и смазываете общую картину.

 

Да, и последнее: поскольку конкурс проводится анонимно и члены жюри не видят имён авторов, а читают лишь сами стихи, то большая просьба к конкурсантам не добавлять в поле со стихотворением никаких дополнительных сведений, как то – своих имён, дату написания стихотворения, название (оно вносится в отдельное поле), регалии и факты биографии. Все эти лишние части текста усложняют работу модераторов, которым придётся удалять всё ненужное.

А теперь – всем удачи в конкурсе!

Отдел модерации. Конкурс “Обожжённая Zемля”. 2022©

Комментарии

Подписаться
Уведомить о
17 коммент.
Новые
Старые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
*
Войти с помощью: 
Генерация пароля