Жизнь начиналась с нетронутого листа –
Белого-белого, лишь с водяными знаками
Вещей судьбы, но бумага была чиста –
Промысел Божий в то время казался враками.
Первый абзац оценила бы я на «пять»…
Даже не так: на «пятёрку» с большими плюсами.
Был и второй, несомненно, ему под стать –
Но с напряжением бо́льшим, души искусами.
Далее – скоропись… Трудно читать самой:
Строки одна за другою шифруют личное.
Может быть, тайные знаки тому виной –
Жизнь как учитель не ставит балла отличного.
А напоследок и вовсе – то вкривь, то вкось,
Будто бы курица лапой бумагу метила,
Словно смеялась судьба: оторви да брось!
Может быть, я ей невнятно тогда ответила…
…Ну а теперь, по прошествии многих лет,
Знаю сама (и не надо идти к оракулу!):
Пусть никакой каллиграфии вовсе нет,
Надо искать между строк путеводный свет,
Даже когда приговором – судьбы каракули…
